Страница отсутствует

Смерть и ее отношение к неразрушимости нашего существа А. Едва ли даже люди стали бы философствовать, если бы не было смерти. Поэтому будет вполне естественно, если специальное рассмотрение этого вопроса мы поставим во главу последней, самой серьезной и самой важной из наших книг. Животное проводит свою жизнь, не зная собственно о смерти; оттого животный индивидуум непосредственно пользуется всей нетленностью своей породы: У человека, вместе с разумом, неизбежно возникла и ужасающая уверенность в смерти. Но как вообще в природе всякому злу сопутствует средство к его исцелению или, по крайней мере, некоторое возмещение, так и та самая рефлексия, которая повлекла за собою сознание смерти, помогает нам создавать себе такие метафизические воззрения, которые утешают нас в этом и которые не нужны и не доступны животному. Подобное утешение составляет главную цель всех религий и философских систем, и они прежде всего представляют собою извлеченное из собственных недр мыслящего разума противоядие против нашего сознания о неизбежности смерти. Но достигают они этой цели в весьма различной степени, и бесспорно, что одна религия или философия больше, чем другая, рождает в человеке способность спокойно глядеть в лицо смерти.

А. Шопенгауэр. Смерть и ее отношение к неразрушимости нашего существа

Шопенгауэр как лекарство Моим старинным и добрым приятелям, которые были со мной рядом, делили со мной все беды и горести и поддерживали меня своей мудростью и бесконечной любовью к жизни разума: Редакторам, помогавшим мне создать этот необычный сплав вымысла, психобиографии и педагогики психотерапии: Моим многочисленным друзьям и коллегам, прочитавшим рукопись и сделавшим свои ценные замечания: Моей группе поддержки — коллегам-терапевтам, которые на протяжении всей работы оказывали мне неоценимую помощь.

Источник: Артур Шопенгауэр. Полное собрание сочинений. . и изгнать страх смерти, как иллюзию, которая внушает нелепую боязнь.

О ничтожестве и горестях жизни…………………………………………. В его трудах меня привлекла именно эта тема. Пессимистическое восприятие мира просматривается практически во всех работах этого талантливого философа. В своих работах Артур Шопенгауэр пишет о том, что людская жизнь - это сплошные страдания и разочарования, что наше рождение и земное существование — есть некая кара, а смерть — лучшее, что может быть для человека.

Меня как сторонника более оптимистического восприятия мира заинтересовало, что же побудило Шопенгауэра считать наш мир и нашу жизнь такими жалкими, почему он говорит о том, что лучше вовсе не родиться, чем жить в таком мире. Также меня заинтересовали его размышления о смерти, о том, что она не так страшна, как люди себе ее представляют. В этом вопросе мысли Шопенгауэра заставляют задуматься, и действительно взглянуть иначе на это, - кажущееся с первой точки зрения, абсолютно зловещее явление нашего мира.

Артур Шопенгауэр — Купеческому сыну Артуру Шопенгауэру, казалось, самой судьбой была уготована профессия коммерсанта. А он стал философом, к тому же великим. Отец Артура Шопенгауэра Генрих-Флорис, как только мог, пытался привить сыну стремление заниматься семейным делом — торговлей.

Смерть и ее отношение к неразрушимости нашего существа

Смерть приходит за Артуром Шопенгауэром Глава Смерть приходит за Артуром Шопенгауэром То, что в скором времени мое тело станут точить черви, я могу вынести; но то, что профессора то же самое проделают с моей философией, — приводит меня в содрогание. Он встретит смерть с той же бесстрашной ясностью, которая сопровождала его всю жизнь.

Он ни разу не дрогнет перед ней, ни разу не попытается укрыться под спасительным пологом религий, до последней минуты сохраняя холодное мужество рассудка. С помощью разума, скажет он, мы впервые открываем для себя смерть: С помощью разума мы однажды приходим к заключению, что смерть есть прекращение сознания и необратимое уничтожение человеческой личности.

Точно также, Шопенгауэр считал, что «только тогда, когда ужасы жизни начинают перевешивать страх смерти, человек положит конец своей жизни.

Даже трудно представить себе, чтобы люди стали философствовать и в том случае, если бы не было смерти. Поэтому будет совершенно в порядке вещей, если мы дадим место специальному исследованию этого вопроса здесь, в последней главе самой серьезной и самой важной из наших книг. Животное собственно не знает смерти; поэтому оно непосредственно наслаждается всем бессмертием природы, так как в ней сознает себя бесконечным.

У человека вместе с разумом по необходимости является и ужасающая уверенность в неизбежности смерти. Но, — так как везде в природе каждое зло дается вместе с целебным средством или, по крайней мере, каким-либо вознаграждением за него, — та же самая рефлексия, которая дает нам знание смерти, помогает нам справиться с этим знанием, — помогает именно в тех метафизических воззрениях, которые утешают нас в этом и которые так же не нужны животному, как и недоступны для него.

К этой цели главным образом направлены все религиозные и философские системы; следовательно, они — прежде всего противоядие, которое мыслящий разум выносит из своих собственных недр, чтобы противодействовать этой уверенности в неизбежности смерти. Но этой цели они достигают в очень различной степени; несомненно, что одна система религии или философии делает человека более способным, чем другие, спокойно смотреть в лицо смерти.

Браманизм и буддизм, — которые учат человека смотреть на себя, как на первобытное существо, как на Браму, которому существенно чужды всякое возникновение и уничтожение, — принесут в этом отношении гораздо больше пользы, чем все учения, которые создают его из ничего и заставляют начинать свое бытие, полученное от другого, действительно с рождения.

О смерти и бессмертии а. Шопенгауэр

Смерть приходит за Артуром Шопенгауэром То, что в скором времени мое тело станут точить черви, я могу вынести; но то, что профессора то же самое проделают с моей философией, — приводит меня в содрогание. Он встретит смерть с той же бесстрашной ясностью, которая сопровождала его всю жизнь. Он ни разу не дрогнет перед ней, ни разу не попытается укрыться под спасительным пологом религий, до последней минуты сохраняя холодное мужество рассудка.

Ирвин Ялом «Шопенгауэр как лекарство» избегать: неизбежность смерти, борьба с одиночеством, страх ответственности за собственную жизнь.

А может, и мы иногда ведем себя именно так? Если такому человеку задать вопрос, он обратится за ответом не внутрь себя, но вовне, и по лицам других попытается угадать, какого ответа от него ожидают. Такому человеку будет очень полезно ознакомиться с идеями Шопенгауэра, изложенными в трех поздних философских эссе. Суть сводится к тому, что ни богатство, ни материальные блага, ни социальный статус, ни хорошая репутация не могут составить наше счастье, но лишь то, чем являемся мы сами.

Хотя эта мысль напрямую и не затрагивает экзистенциальных вопросов, она все же помогает нам перейти с поверхностного уровня к более глубоким проблемам. Шопенгауэр умело доказывает, что погоня за богатством бесконечна и бессмысленна: Богатство — как соленая вода: И оказывается, что уже не мы владеем вещами, а они — нами. Чем мы представляемся другим людям. Репутация столь же призрачна, сколь и богатство.

Шопенгауэр писал, что половина наших забот и тревог проистекает из того, что мы беспокоимся о чужих мнениях:

Артур Шопенгауэр. Смерть и ее отношение к неразрушимости нашего существа - файл 1.

Смерть и ее отношение к неразрушимости нашего существа А. Едва ли даже люди стали бы философствовать, если бы не было смерти. Поэтому будет вполне естественно, если специальное рассмотрение этого вопроса мы поставим во главу последней, самой серьезной и самой важной из наших книг. Животное проводит свою жизнь, не зная собственно о смерти; оттого животный индивидуум непосредственно пользуется всей нетленностью своей породы: У человека, вместе с разумом, неизбежно возникла и ужасающая уверенность в смерти.

В минуту смерти эгоизм претерпевает полное крушение. Отсюда страх смерти. Смерть поэтому есть некое поучение эгоизму, произносимое природой.

Едва ли даже люди стали бы философствовать, если бы не было смерти. Поэтому будет вполне естественно, если специальное рассмотрение этого вопроса мы поставим во главу последней, самой серьезной и самой важной из наших книг. Животное проводит свою жизнь, не зная собственно о смерти; оттого животный индивидуум непосредственно пользуется всей нетленностью своей породы: У человека, вместе с разумом, неизбежно возникла и ужасающая уверенность в смерти. Но как вообще в природе всякому злу сопутствует средство к его исцелению или, по крайней мере, некоторое возмещение, так и та самая рефлексия, которая повлекла за собою сознание смерти, помогает нам создавать себе такие метафизические воззрения, которые утешают нас в этом и которые не нужны и не доступны животному.

Подобное утешение составляет главную цель всех религий и философских систем, и они прежде всего представляют собою извлеченное из собственных недр мыслящего разума противоядие против нашего сознания о неизбежности смерти. Но достигают они этой цели в весьма различной степени, и бесспорно, что одна религия или философия больше, чем другая, рождает в человеке способность спокойно глядеть в лицо смерти. Оттого в Индии и царит такое спокойствие и презрение к смерти, о котором в Европе даже понятия не имеют.

В результате такого образования наших юношей мы и видим, что теперь г. И тот, и другой взгляд одинаково неверны; во для нас важно не столько найти правильную средину между ними, сколько подняться на более высокую точку зрения, с которой подобные взгляды рушились бы сами собой. В своих соображениях я прежде всего стану на эмпирическую точку зрения. Здесь перед нами сейчас же раскрывается тот неоспоримый факт, что, следуя естественному сознанию, человек больше всего на свете боится смерти не только для собственной личности, но и горько оплакивает и смерть своих родных; причем несомненно, что он не скорбит эгоистически о своей личной утрате, а горюет о великом несчастии, которое постигло его близких.

Артур Шопенгауэр"Смерть и её отношение к неразрушимости нашего существа"

Едва ли даже люди стали бы философствовать, если бы не было смерти. Поэтому будет вполне естественно, если специальное рассмотрение этого вопроса мы поставим во главу последней, самой серьезной и самой важной из наших книг. Животное проводит свою жизнь, не зная собственно о смерти; оттого животный индивидуум непосредственно пользуется всей нетленностью своей породы: У человека, вместе с разумом, неизбежно возникла и ужасающая уверенность в смерти.

Но как вообще в природе всякому злу сопутствует средство к его исцелению или, по крайней мере, некоторое возмещение, так и та самая рефлексия, которая повлекла за собою сознание смерти, помогает нам создавать себе такие метафизические воззрения, которые утешают нас в этом и которые не нужны и не доступны животному.

Читать онлайн книгу «Шопенгауер як ліки» полностью, автор Ірвін Ялом ISBN : преодолению так называемого экзистенционального страха смерти.

Должно быть, мы и не стоим ничего лучшего, чем эти две вещи. Шопенгауэр Жизнь и смерть — ключевые понятия для человеческого существования. Для нашей природы естественно предпочитать жизнь смерти, а обратное считать патологией, лежащей в области психиатрии. Жизнь — благо, смерть — зло, и никакие софизмы и умозаключения не в силах поколебать этого закона.

С этих позиций парадоксальным и пугающим кажется взгляд на проблему смерти и бессмертия немецкого философа Артура Шопенгауэра. Философия Шопенгауэра стоит особняком в европейской культуре. Общение с немецкими романтиками открыли Шопенгауэру тайны древней индийской философии. Христианству он противопоставляет мудрость Востока.

ШОПЕНГАУЭР

, 24О ничтожестве и горестях жизни. В его трудах меня привлекла именно эта тема. Пессимистическое восприятие мира просматривается практически во всех работах этого талантливого философа.

И еще Толстой велик своей мыслью о смерти, своим страхом и ужасом в котором достигнуто духовное преодоление страха и ужаса.

Но пока она не вернется к ней, ее желания беспредельны, ее притязания неисчерпаемы, и каждое удовлетворенное желание рождает новое. Нет в мире такого удовлетворения, которое могло бы утишить ее порывы, положить конец ее вожделениям и заполнить бездонную пропасть ее сердца. И при этом обратите внимание на то, в чем обыкновенно состоит для человека всякое удовлетворение: Все в жизни говорит нам, что человеку суждено познать в земном счастии нечто обманчивое, простую иллюзию.

Для этого глубоко в сущности вещей лежат задатки. И оттого жизнь большинства людей печальна и кратковременна. Сравнительно счастливые люди по большей части счастливы только на вид, или же они, подобно людям долговечным, представляют редкое исключение, для которого природа должна была оставить возможность, как некую приманку. Жизнь рисуется нам как беспрерывный обман и в малом, и в великом. Так обманывает нас то надежда, то ее исполнение.

Если жизнь что-нибудь дает, то лишь для того, чтобы отнять. Очарование дали показывает нам райские красоты, но они исчезают, подобно оптической иллюзии, когда мы поддаемся их соблазну.

Артур ШОПЕНГАУЭР Мир как воля и представление